— Послушай, Фред, — весело бросил он, — пусть Юджин срежет самую большую белую розу, сунет ее в бутылку мартини и отнесет в номер сенаторши. Можешь поверить, через пять минут она забудет, что меня нет на месте.

Тысячедолларовый пиджак, казалось, вот- вот лопнет по швам.

— Нет на месте?!!

Джон примирительно потрепал кузена по плечу.

— Прости. Я не могу нарушить слово. Понимаешь, я только что предложил мисс Клиффорд свои услуги в качестве гида.

Фред побагровел от злости, и Одри, воспользовавшись паузой, торопливо вмешалась:

— А я, — обратилась она к Джону, — только что отказалась от ваших услуг. Я же сказала вам, мистер Олтман, что мне лучше работается в одиночестве. Кроме того, я ни в коем случае не хочу отвлекать вас… — она понизила голос, — от самой супруги сенатора.

Как ни странно, Джон не пытался спорить, а лишь удивленно вскинул брови.

— Вы назвали меня мистером Олтманом?

— Ну хорошо, Джон, — невозмутимо поправилась Одри. Если ему так хочется, можно называть его и по имени. — Что ж, было очень приятно познакомиться с вами обоими…

— Но вы этого не сделали.

Она ошеломленно подняла на Джона глаза.

— Простите?

— Вы не знакомились со мной. — Под его тяжелым пристальным взглядом Одри почувствовала себя мышкой, на которую смотрит огромный голодный котяра. — Однако же знаете, как меня зовут.

Она внутренне содрогнулась, поняв, что попала впросак, оказалась на грани разоблачения. Какая дура! Надо все же сначала думать, а потом уж открывать рот!

— Ну, к чему такая скромность? — Одри заставила себя выдавить улыбку. — Кто в Сент- Вудбайне не знает отель «Буревестник» и его хозяев братьев Олтман?

— Но вы ведь не местная. — Он пожал плечами. — Я не собираюсь льстить себе, утверждая, что моя известность простирается дальше, чем за двадцать миль отсюда.

— Возможно, вы недооцениваете себя, — возразила Одри, стараясь, чтобы в голосе не было ни иронии, ни намека на флирт.