Чейз хлопнул ладонью о ладонь. Этот звук резко вернул Романа к действительности. Он встретился взглядом с Чейзом — тот смотрел очень серьезно.

Перемена жизни.

Смерть мечты.

Роман напряженно застыл, подавленный серьезностью ситуации. Рик шумно втянул воздух.

Чейз раскрыл ладони, посмотрел на монету, потом посмотрел на Рика, после того посмотрел в глаза Роману. Затем он исполнил свою роль так, как исполнял всегда — твердо, не колеблясь и не отступая.

— Младший брат, думаю, тебе сейчас не помешает выпить. Ты становишься жертвенным ягненком в маминых мечтах о внуках.

Рик тяжело вздохнул, но это не шло ни в какое сравнение с тяжестью, навалившейся на Романа.

Казалось, у него в желудке лежал камень. Чейз подошел к Роману.

— Если хочешь выйти из игры, сейчас самое время. Никто не будет тебя винить, если ты не захочешь это сделать.

Роман принужденно усмехнулся, сразу став похожим на Чейза в восемнадцать лет.

— Ты думаешь, выбирать женщин и делать детей — трудное задание? К тому времени, когда я закончу, ты еще пожалеешь, что не оказался на моем месте.

— Ты уж постарайся, выбери цыпочку покрасивее, — подсказал Рик, но в его голосе не слышалось искреннего юмора. Он понимал состояние брата, хотя его собственное облегчение от того, что выбор пал не на него, было почти физически ощутимым.

Роман оценил попытку брата поднять ему настроение, хотя она и не сработала.

— Куда важнее, чтобы она не ожидала слишком многого, — ответил он.

Женщина, на которой женится Роман, должна с самого начала знать, что он собой представляет, и смириться с тем, чего от него ждать не стоит.