— Как тебя сюда занесло, Бретт? — с некоторым подобием улыбки спросил он.

— Привет, Боб. Я только на минуту заглянул сюда и уже ухожу. Ну так в семь, Фиби? — напоследок бросил Бретт, захлопывая за собой дверь и прекрасно понимая, какому допросу она сейчас подвергнется.

В семь, повторила про себя Фиби и отважилась посмотреть на брата.

— Что это значит, Фиби? Что означает «в семь»? — язвительно поинтересовался он, взглядом показывая на дверь.

— Бретт пригласил меня на обед к себе домой.

— И ты сказала «да»? — скептически поинтересовался Боб.

— Я не могла найти причину для отказа, — защищалась Фиби. — Синтия распорядилась отдать мне некоторые вещи, и Бретт хочет поскорее решить этот вопрос.

Глаза Боба забегали, так как причина, найденная Кроузом, чтобы пригласить его сестру на обед, показалась ему более чем уважительной.

— Я пойду вместе с тобой, сестренка. Думаю, что тебе не стоит оставаться с ним наедине. Он может быть опасен.

— Не глупи, Бобби. — Ее стала раздражать навязчивость брата и его неотступная вера, что все ужасы, случавшиеся в Конуэе, напрямую связаны с Бреттом Кроузом. Может быть, он действительно опасен для нее, но не в том смысле, который вкладывал в это Боб. — Бретт и я были друзьями. И я совершенно не боюсь его.

— Я только хотел предупредить тебя, Фиби, — сказал Боб, потирая лоб рукой. — Ты рискуешь, соглашаясь на обед с преступником.

Бретт шагал по улицам Конуэя, его легкие туфли едва касались тротуара, а сердце билось в веселом ритме. Чувство радости охватило его при мысли о том, как разительно отличается этот маленький городок от ужасного монстра — Манхэттена, где он жил все эти годы. Как приятна здесь прохлада в тени деревьев в самый полдень. Но он не забывал и о том, что первое впечатление может быть обманчиво. Тишина Конуэя, наполненная ароматным воздухом, была пропитана безобразным, неслыханным обвинением в его адрес. Он видел это обвинение в глазах горожан с самого приезда в Конуэй, но никто не сказал ему в лицо ни слова, хотя, он был уверен, они все шептались за его спиной.