— Ни за что. — Марта очень старалась, чтобы голос ее не дрогнул. — И вести хозяйство для семи гномов я бы тоже не согласилась.

— И как я понимаю, вы также не ждете, что за вами приедет прекрасный принц на белом коне и увезет вас в сказочное королевство?

— По-моему, вы к бедняжке несправедливы. — Марта опять начала раздражаться. — Она была в коме. И не ждала никакого принца. Он сам за ней притащился.

— Все правильно. — Джек секунду помолчал, а потом безжалостно вернул разговор к неприятной для Марты теме: — То есть вы категорически не согласны стать наградой мужчине за его подвиги и труды?

— Что касается Белоснежки, — с нажимом проговорила Марта, давая понять, что не желает переводить разговор на личные темы, — то ей пришлось столько всего пережить; боль, страдания, предательство… Она заслужила счастья. И в конце концов в ее жизни появился милый юноша, который, судя по всему, свято верил в любовь с первого взгляда.

Джек рассмеялся:

— Может быть, вы и правы. Интересный у вас подход… Детская сказка в прочтении ярой феминистки.

— Вовсе нет, — сухо отозвалась Марта. — Просто меня постоянно сравнивают с Белоснежкой, и мне волей-неволей пришлось что-то такое придумать, чтобы меня это меньше бесило.

— Мне кажется, в детстве вы были настоящей сорвиголовой. Почище любого мальчишки.

Надменное лицо Джека оставалось таким же холодным и непроницаемым, но в уголках его рта притаилась улыбка. Марте вдруг стало не по себе. Ей не нравилось, что он читает в ее душе точно в открытой книге. Подобная проницательность раздражала. И немного пугала.

Марта всегда считала, что мужчины не способны понять психологию женщин и уж тем более — разобраться в их маленьких хитростях. Семь лет назад ее отец отказался поверить в то, что обожаемая дочь обманула его, притворившись больной, с единственной целью: разлучить его с женщиной, на которой он собирался жениться. Для шестнадцатилетней девушки Марта действовала очень тонко. Не скандалила, не грубила, не кричала и не била дорогие сервизы. Была вежливой, тихой, послушной и скромной. И поэтому отец поверил ей. Ему даже в голову не пришло, что болезнь дочери — якобы булимия в тяжелой стадии — всего лишь притворство, при помощи которого она ловко им манипулирует.