— Нет. А зачем он мне?

Джек склонился над столиком, где стоял телефон, и записал свой номер в блокноте.

— Если я вам вдруг понадоблюсь, позвоните мне, и я приеду.

— Спасибо за заботу, — растерянно пролепетала Марта.

— Спокойной ночи.

Она проводила его до двери, закрыла ее на два поворота ключа и еще долго стояла, слушая, как шум машины Джека затихает вдали. Потом вымыла обеих собак и тщательно вытерла их шерсть теплыми полотенцами. Затем сама приняла душ и легла в постель.

Она очень устала за этот день, но сон почему-то не шел. Марта еще долго лежала, прислушиваясь к тихому шуму дождя за окном, снова и снова прокручивая в памяти события сегодняшнего вечера.

Джек позаботился о ее безопасности — велел ей ждать за воротами в закрытой машине, а сам вошел в темный дом в компании только молодого добермана, который в случае чего вряд ли сумел бы его защитить. Марта невольно поежилась, вспомнив о том, как Джек шагнул от машины в дождливую ночь и темнота поглотила его, словно бы приняла в себя… В этом было что-то мистическое. Что-то по-настоящему жуткое.

А я хороша, ничего не скажешь! — безжалостно выбранила себя Марта. Поглощенная мыслями о Джеке, она забыла не только запереть дверь, но даже ее закрыть. Всякий раз, думая об этом мужчине, она теряла способность мыслить здраво. Ее тело наполнялось сладостной истомой, и она забывала обо всем. А это было опасно. Глупо. И бесполезно.

К тому же в свете того, что Марта узнала сегодня, ей просто нельзя сближаться с обитателями «Гарниджа». Это будет несложно. В конце концов, через три недели она уедет отсюда и вряд ли когда-либо вернется. Правда, она обещала Джеку «прогулять» его лошадь. Но ничего, она придумает какую-нибудь подходящую отговорку. А больше у них нет поводов для общения. Так что никто не узнает, что Марта — это именно та девушка, которая семь лет назад причинила Силвии такую боль.