Я отложила ручку и мрачно уставилась на Салли.
— Чикита, во всем этом есть одно большое «но»: я не умею танцевать стриптиз.
— И не надо, ты что, сдурела? Да тетя Исабель тебя в реке утопит, если узнает. Нет, нужен небольшой танцевальный номер с элементами эротики. Ты же занималась бальными танцами — значит, чувство ритма у тебя есть. Костюмчик я продумаю. Маску будем надевать?
— Не надо. Мы с ним не виделись пятнадцать лет. Он меня не узнает. А дядя Кейн с ребятами, наоборот, узнают и в маске.
Вот так я и влипла в главную авантюру в моей жизни — а все для чего? Сейчас объясню и это.
4
Доктор Лаура Флоу
Врачом я хотела стать всегда. Лет, наверное, с трех. В пять вполне прилично наложила повязку Билли Горну, рассадившему ногу об острый камень. В семь научилась накладывать примитивные швы.
Наша с Салли мама Меган — ирландка. Многие считают ирландцев колдунами, и это не лишено смысла. Мама Меган отлично разбиралась в травах, варила декокты, делала микстуры и настои от всех болезней, нам с Салли сроду не дала ни одной таблетки и не сделала ни одной прививки. Когда много лет спустя встал вопрос о моей специализации, мама Меган дала очень своеобразный совет:
— Терапевт-хренапевт, невролог-хренолог… Большого ума не надо, чтобы прописать от поноса стакан химического напалма, от которого даже глисты мрут! А вот собрать нужные травки да скатать правильные пилюльки — тут надо мозг иметь. Я лично стою за хирургию — по крайней мере, это честное ремесло. Отрезаешь ненужное, порванное сшиваешь и смотришь, чтобы рана была чистой. Да, кстати: когда будешь сшивать, помни принцип — красное с красным, белое с белым, розовое с розовым, желтое с желтым. Не ошибешься!
Вот такая у нас мама Меган!
Я пошла в хирургию — и ни разу не пожалела о своем выборе.
После ординатуры и трехлетней работы в госпиталях Чикаго и Сан-Диего, четыре года назад я вернулась в родную Литл-Сонору. Приняла больницу. И первые полгода спала по два часа в сутки — потому как времени на сон не было.