Она повернулась к окну и задела-таки его коленями. Пробормотав извинения, она заняла прежнее положение, стараясь не вникать в телефонный разговор.

Не слышать было невозможно. Что-то о политических беспорядках, финансовой нестабильности и вмешательстве правительства. Джорджия уже с любопытством посмотрела на соседа.

У него было интересное лицо, не красивое, но привлекательное. На подбородке маленькая ямочка. И глаза искрятся от смеха. Она невольно улыбнулась.

Он наконец отключил телефон, взял со стола документ и стал его читать, делая пометки сильной рукой, которая приворожила ее совершенно. Она старалась не разглядывать, но глаза невольно притягивало к его лицу, к падавшему на лоб завитку, когда он склонялся над документом. Вдруг он взглянул на нее поразительно острым взором голубых, как лед, глаз. Джорджия изобразила безразличие и тут же виновато потупила взгляд, словно ее поймали на чем-то неприличном.

Краем глаза она уловила, как уголки его рта тронула улыбка, и порозовевшие щеки ее залил румянец. Черт! К тридцати годам следовало научиться сдерживать детские эмоции!

Когда подкатили столик с едой, она почувствовала облегчение, что может чем-то занять себя.

— Пожалуйста, чаю, — попросила она и достала кошелек.

Перед нею поставили бумажный стаканчик, Джорджия высыпала горсть мелочи, и столик откатился.

Она увидела, как мужчина купил плитку шоколада и банку какого-то модного тропического газированного напитка, который способен мгновенно снять эмаль с зубов и разъесть внутренности. Содрогнувшись, она снова стала смотреть в окно на рекламные щиты, возвышавшиеся над грязными маленькими домиками, лепившимися у железнодорожного полотна и полными людей, по утрам поглощаемых ненасытным чревом грязного города. Можно было разглядеть даже их спальни — в одной мелькнула неубранная постель, в другой кто-то раздевался. Полное отсутствие уединения.

Джорджия закрыла глаза. Страшно подумать, что она вообще живет в Лондоне, хоть это всего лишь Найтсбридж. Тем не менее она не могла дождаться, когда окажется дома, смоет все запахи и переоденется в джинсы и мягкий старый свитер с выцветшей белой надписью «Самая лучшая в мире мама».