В то время как однокурсницы пожирали булочки с вареньем и мечтали о красивом миллионере лет двадцати пяти, Даша ужинала пакетом кефира и каждый день по часу плавала в бассейне. Все ради секса. Ради того, чтобы не зажиматься в постели от страха, что он нащупает — о, боже! — целлюлит, а получать удовольствие.

Ей нравилось ее тело. Стройное, мускулистое, золотистое, как ириска. Татуировка на плече, на крестце и на ноге. Плохая девочка.

И это ей нравилось. Она любила шокировать.

И конечно, ей нравилось влюбляться. В безумцев вроде Виктора. В сердцеедов и тех самых негодяев, которых избегают после первых ожогов знакомые девицы.

Любые отношения раньше или позже заканчиваются — даже если вы еще живете вместе, так зачем обрекать себя на рутину?

Может, лет в шестьдесят она и выйдет замуж, но не раньше.

«На свете есть только один мужчина, предназначенный тебе судьбой, и если ты его не встретишь — ты спасена».

Виктора пришлось бросить, потому что какая-то девица в бассейне стянула с него трусы.

А разве было бы лучше, если бы он развелся с ней потому, что она не умеет готовить и отобрал бы дом, который она присмотрела для себя в Хорватии?

Оксана считает ее пустышкой. Ну-ну. Она будет уволена. А может, не будет. Ей, Даше, наплевать на то, что происходит между ушами у ее помощницы.

Оксана с энтузиазмом приняла все существующие стереотипы, в том числе и понятие женственности — нечто воздушное, нежное, со всем согласное и «сильное в своей слабости». Фу-ууу!

Но это ее выбор…

Какой же Захар сексуальный! Особенно голый! Не мужчина — конфетка!

Он, правда, слишком уж сладкий, нет в нем ничего брутального, но это ничего. Сколько он продержится рядом с ней? Месяц? Два?