Алекс пожал широкими плечами, откупоривая бутылку вина.

— Он здесь ни разу не был.

— За весь год? — Мерроу наблюдала, как красное вино наполняло глубокий бокал.

Алекс посмотрел на нее, наконец-то улыбнулся и протянул ей бокал.

— Держи! Я уже говорил: он редко бывает в Дублине.

Забирая у него бокал, она случайно коснулась его пальцев, и ее обдало горячей волной. И, как пишут в романах, «словно электрический разряд прошел по ней». В следующее мгновение они встретились взглядами. И он чуть заметно прищурился. Неужели почувствовал то же самое?

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Пока Алекс наполнял еще один бокал, Мерроу прошлась по комнате. Ее внимание привлекла стена с многочисленными фотографиями в рамочках. Там были хорошо скомпонованные снимки пейзажей, небоскребов и городских домов. Рядом с ними — фотографии Алекса. На горных лыжах. В лодке. На мосту со страховочной веревкой на ногах. Вот это жизнь!

И почти на всех фотографиях он улыбался!

Судя по его нынешней кислой физиономии, гостья ему не очень нравилась. И Мерроу вдруг стало необъяснимо больно от этой мысли. Д ведь большинство людей находили общение с ней приятным...

Алекс подошел к ней и встал рядом.

Она взглянула на него и замерла, увидев, как он кончиком языка слизывает с губ капельки вина.

О боже, что он делал с ней в ту ночь этим языком...

— Как тебе вино? — видимо сознательно выбрав наиболее нейтральную тему для начала разговора, произнес он.

Мерроу посмотрела на бокал, взболтнула его и подняла, рассматривая вино.

— Хороший, насыщенный цвет.

Боковым зрением она заметила, как он улыбнулся.

Опустив бокал, она поднесла его к носу и понюхала.

— Ммм... легкий аромат ежевики... возможно, еще дуба?

Глядя на него поверх ободка бокала, она отпила глоток вина и улыбнулась.