Заглядывая в комнаты наверху, она гадала, как отнесся Джон к ее приезду и к их совместному проживанию. Он никак не отреагировал на ее попытки ободрить его, хотя должность распорядительницы в их семейном ресторане научила Мэриголд обращаться с расстроенными людьми. Опыт помог ей в случае с констеблем Стрэнгом, а вот на Джона это не действовало.

Мэриголд оглядела светлую кухню Гудингов. Тесная кухонька в квартире, где она жила с сестрой Розой, не шла ни в какое сравнение с этим залитым солнцем помещением. Но темнота и теснота их кухни не волновали Мэриголд лишь потому, что она никогда не готовила. Здесь же огромное, выходящее на восток окно давало столько света, что она почувствовала прилив бодрости, ибо вставала рано и обожала солнце. Если ей придется проводить время на кухне, то помещение должно хотя бы радовать ее.

А в этой уютной кухне с теплыми сосновыми полами, вышитыми кружевными занавесками, деревянной мебелью она наверняка будет хорошо себя чувствовать, Такое помещение должно быть заполнено людьми вроде ее счастливой, любящей семьи, блюдами с вкусной едой и запахами стряпни.

Кухня Гудингов очень традиционна. Как и ее хозяин, предположила Мэриголд. Вспомнив мрачного красавца Джона, она подумала, как было бы славно приготовить ему вкусную еду. Конечно, она не собирается произвести на него впечатление, даже не станет пытаться готовить что-то необыкновенное, для нее и самая обычная еда уже достаточное испытание. Но, живя здесь, она почувствует себя более уверенно, если сможет изготовить нечто съедобное, чтобы он посмотрел на нее без этой своей морщины на красивом лбу.

За кухней находилась внушительных размеров гостиная. На полу из твердой древесины лежал поблекший ковер с цветочным узором, перед телевизором стояли две большие кушетки и два кресла-качалки. Хотя бабушка сама предложила ей осмотреть дом, Мэриголд отчего-то показалось, что она вторглась на территорию Джона. Она сразу представила, как он сидит после напряженного трудового дня у камина и смотрит телевизор.