Она пыталась представить, что же сейчас творится в замке, в ее прекрасном когда-то мирном доме.

Имоджин приподняла голову и увидела Сиварда, сидевшего рядом. Потом поняла, что с ними было еще несколько человек. Она могла разглядеть лишь их темные силуэты.

— Сивард, вы сделали ужасную вещь, — прошептала Имоджин. — Что станет с моими людьми, когда Ворбрик начнет меня искать и перероет весь замок?

Сивард сгорбился, и Имоджин подумала, что он уже совсем старик. Но тут он внезапно выпрямился и твердо заявил:

— А что станет с вашими подданными, если Ворбрик силой женится на вас и станет хозяином Каррисфорда? Вы подумали об этом, леди? Сэр Гилберт поручил мне заботиться о вас, и я так и сделаю. Вы не должны попасть в лапы к этому дьяволу.

Имоджин закрыла лицо ладонями. Сивард абсолютно прав. Она была единственной наследницей Каррисфорда и являлась вожделенным ключом к замку и его огромным богатствам. Она должна стараться облегчить участь своих подданных. В такой ситуации любой лидер обязан пожертвовать отдельными личностями ради блага большинства. Но решиться на это было так трудно. Она не могла забыть, как кричала и молила о пощаде и милосердии ее служанка…

— Жанин, — простонала Имоджин. — Ты видел? О Сивард, ты видел это?

Сивард молча обнял девушку, но она продолжала дрожать всем телом. Имоджин уже не могла плакать.

Раньше она никогда не сталкивалась лицом к лицу с насилием, сегодня оно растоптало всю ее жизнь. Никогда прежде ей не приходилось видеть акт близости мужчины и женщины. Теперь эта картина навеки запечатлелась в сознании, и сопровождавшие это звуки постоянно отдавались в ушах. Когда-нибудь ей самой придется заниматься тем же самым с мужчиной…

Имоджин постаралась избавиться от этой мысли, чтобы окончательно не лишиться рассудка. Только не Ворбрик. Ведь не все же мужчины такие похотливые грязные свиньи!

Голос Сиварда прервал ее грустные размышления.