– Это хорошо. Значит, мой путь близится к концу.

Старик начал готовить лодку к спуску, но, тем не менее, не сводил настороженного взгляда с Клива. Наконец, словно не в силах сдержать любопытства, он поинтересовался:

– И куда же ты держишь путь?

Клив бросил в воду еще один прутик.

– Сам точно не знаю. Куда-то в эти края.

Он украдкой кинул взгляд на старика, отметив про себя сношенную обувь и потрепанную, не по размеру одежду. Наверное, стоит попробовать.

– Я ищу ребенка около шести лет от роду, рожденного женщиной, которую когда-то звали Анжелина. Готов заплатить за любые сведения. – Для внушительности Клив встал и похлопал по кошельку под плащом.

Старик недоуменно на него уставился.

– Здесь в округе полно ребятни.

– Этот рожден от английского воина.

Судя по тому, как старик насторожился и отвел взгляд, он что-то знал.

Клив продолжил:

– Отец разыскивает своего ребенка, чтобы позаботиться о нем. Это всесильный и богатый человек. – Клив отвязал кошелек и приблизился к старику. – Ты знаешь такого ребенка?

Старик облизнулся, переводя взгляд с лица Клива на позвякивавший кошелек и обратно. – У нас здесь полно английских бастардов, оставшихся после войны. Как ты узнаешь, который из них? Или тебе все равно? – добавил старик, и в глазах его мелькнул проницательный огонек.

По лицу Клива ничего нельзя было прочесть. Его самого не раз посещала эта мысль. И в самом деле, как сэр Уильям узнает, приходится ли ему сыном мальчишка, которого он привезет, или нет? И все же Клив понимал, что никогда не сможет всучить сэру Уильяму первого попавшегося ребенка.

Впрочем, он намеревался найти нужного ребенка вовсе не ради сэра Уильяма. Ради самого ребенка. Каждый ребенок должен знать своего отца.

Его собственный отец был никудышным родителем, но Клив хотя бы знал, кто он. Насколько хуже вообще не знать, кто твои отец и мать.

– Мне нужен тот самый ребенок, поэтому предупреждаю, не вздумай назвать мне первого, кто придет на ум. Я плачу только за правду.