— Вы — славная женщина. Может, лучше будете работать у меня? — пошутила Эрика. — Я очень добрая начальница, даже никогда не повышаю голос.

— А кто сказал, что я повышаю голос? — Гэннон за спиной Эрики возник неожиданно.

Она сжалась. Господи, главное — совладать с собой. Не показывать своего волнения.

— Лина, мне бы хотелось выпить чашечку кофе, — обратилась она к секретарше Эллиотта, потом повернулась к Гэннону. — Добрый день. Твоя помощница — молодец. Организовала прекрасный ленч.

В его ирландских глазах мелькнуло нечто загадочное.

— Да, действительно. У меня отличный секретарь. Но на сей раз она старалась ради тебя.

Эрика сделала глоток кофе.

— Уж не пыталась ли ты переманить Лину? — Гэннон театрально нахмурился.

— Боже упаси, — ответила с улыбкой Эрика. — С таким львом как ты лучше не связываться.

— Кто сказал, что я лев? Разве я умею рычать?

— Умеешь, умеешь, — не моргнув глазом напомнила Эрика и снова глотнула кофе.

— Черный?

— Естественно. Вчера вечером перегуляла. Несколько бокалов мартини — это слишком…

— Выходила в свет со смертельным дуэтом? — пошутил он, имея в виду Джессику и Паулу.

— Не трогай моих подруг, — Эрика всегда защищала девушек. — Зря я тебе о них рассказывала. Впрочем, они — замечательные. Не чета тебе. Однако лучше скажи, как твои родственники?

— Как всегда.

— Это очень неопределенно.

Он наклонился ближе, отчего у нее заколотилось сердце.

— Узнаешь больше, если вернешься в команду «Пульса».

Через пару минут в комнату вошли сотрудники редакции во главе с начальством.

Майкл Эллиотт, главный редактор «Пульса» и отец Гэннона, протянул ей руку:

— Приятная встреча. Нам тебя недоставало.

— Рад, что ты вернулась, Эрика, — поприветствовал девушку Джим Хенсли, литературный редактор журнала.

— Счастлива видеть тебя, — обрадовалась Барб.