— Да, — тихо откликнулась Кэтрин. — Кусты были словно в фиолетовой пене… — Она вдруг закусила губу и спросила: — Ты никогда ничего не забываешь?

В этом вопросе был вполне определенный подтекст, и Дэйв уловил это.

— Приходится помнить, — ответил он. — Но мне хотелось бы думать, что у тебя остались от того времени только светлые воспоминания.

— Это совсем не так.

Дэйв вдруг вспомнил ночь, когда он шел через лес домой и его встретили трое нанятых папашей Копландом парней… Вот бы рассказать Кэтрин об этом! Впрочем, к чему?

Настроение у него испортилось.

— Мы почти приехали, — объявил Дэйв, глядя прямо перед собой. — Надеюсь, занятие пройдет успешно.

Кэтрин, уловив перемену в его настроении, выпрямилась, подняла голову и вежливо произнесла:

— Спасибо, что подвез.

Когда машина остановилась у входа в здание, она быстро выбралась наружу и, не оглядываясь, побежала к двери. Дэйв даже не проводил ее взглядом. Он сидел, вцепившись обеими руками в руль, и смотрел прямо перед собой. Потом, словно очнувшись, выжал сцепление и поехал прочь.

Вот и поговорили, думал он. И зачем только я предложил подвезти ее? Только растравил себя, и больше ничего! Опять в сердце ноет былая рана, опять воспоминания терзают душу. Он глянул на искривленный мизинец на левой руке — последствия того избиения. Разве можно это забыть?

В магазин Дэйв пришел в отвратительном состоянии и сгоряча купил самые дорогие динамики, потратив гораздо большую сумму, чем собирался, а потом повез покупку в новый дом.

Шоссе шло вдоль берега, и вид бушующего моря, грозного серого неба и трепещущих на ветру деревьев действовал на Дэйва угнетающе. Дом, который всегда радовал его, сейчас показался вдруг особенно холодным и мрачным, да и ремонту конца не было видно. Оказалось, что слесарь не закончил работу и не приехал в пятницу, как обещал, а электрик сообщил в записке, что у него возникли серьезные проблемы с проводкой. Дэйв бродил по комнатам и злился.