Дерек спокойно улыбнулся в ответ.
— Конечно, мы прекрасно справимся. — В его голосе слышалась непоколебимая уверенность в себе. — Так ведь? — обратился он к Джентиане.
Молодая женщина вновь заглянула ему в глаза — и услышала отчаянный призыв собственного разума: бежать отсюда, пока еще не поздно! Дерек Роган может разрушить весь ее мир — она отчетливо понимала это.
— Да, — слабо отозвалась она, стараясь не слишком откровенно смотреть на загорелое лицо собеседника. — Вы говорите, вам понравилась «Русалка»? Да, милая вещица. — Больше она все равно ничего бы не смогла сказать о своем творении, зато с точностью описала бы цвет глаз Дерека и то, как в свете ламп в них загораются золотистые искры.
— Очень милая, — согласился он, окидывая внимательным взглядом Джентиану. От хриплых ноток в его голосе сердце ее учащенно забилось.
Черт, ее тянет к нему, как магнитную стрелку — к северу! Тело реагирует на его присутствие так остро, словно здесь не обошлось без черной магии. Художница оторвала взгляд от привороживших ее глаз и принялась отыскивать «Русалку». Да, у Дерека Рогана определенно есть вкус, эта скульптура одна из лучших в коллекции.
— Я здесь экспериментировала с лаковой обработкой.
— И у вас отлично получилось. Где вы научились так чудесно резать по дереву?
— В Аргентине.
— Так далеко? — Темные брови мужчины удивленно приподнялись. — Как это случилось?
Джентиана передернула плечами, стараясь избавиться от странного напряжения во всем теле.
— Дело в том, что мастер, которым я восхищалась, жил и работал в деревушке неподалеку от Тостадо. И я поехала к нему учиться.
Молодая женщина чувствовала себя неловко под ярким светом ламп, ощущая пристальное внимание Дерека к ее словам.
— Неужели так просто? — довольно сухо спросил он.
— Ну, не совсем, — улыбнулась Джентиана. — Он и знать меня не хотел, отказывался даже поговорить со мной или посмотреть на те работы, что я привезла с собой. Впрочем, его нельзя винить. Этот мастер — настоящий гений, а я тогда была двадцатилетней девчонкой без имени, без рекомендаций.