Но о фашистах почему-то почти всегда говорят в прошедшем времени. Очень мало людей, в том числе даже юристов, осуществляющих законное преследование нацистов, осознают, что к ним необходимо применять и настоящее время. Рейх остается рейхом, какой бы номер ему ни присвоили, и его руководители — все такие же. Вы не представляете — и евреи не представляют — сколько военных преступников гуляет сейчас на свободе.

— Но ведь главари были казнены.

— Это является самым распространенным заблуждением. Да, главарей, как вы их назвали, схватили и судили, но много таких же нацистских преступников, совершавших тягчайшие преступления во времена фашизма, живут себе сегодня преспокойно и, более того, находятся у власти. И еще — все знают, что нацисты уничтожали евреев. А про остальных забыли — поляков, например, украинцев? Фашисты убили шесть миллионов евреев, но они уничтожили не меньше и представителей других национальностей. Слишком просто назвать проблему преследования нацистов делом только евреев.

— Но все же, почему хотели убить вас? Вы ведь не занимаетесь преследованием нацистов, — спросил капитан, проглотив последний кусочек котлеты по-киевски.

— Да, не занимаюсь, но я постоянно говорю миру во всех средствах массовой информации о том, что существуют еще фашисты, которые хотят затоптать планету своими коваными сапогами и, что самое главное, нацисты — это угроза не только для евреев, но для всех стран и народов. Вот поэтому они и пытаются убить меня, чтобы уничтожить саму эту идею. Но им это не удастся. Если мне суждено умереть — я умру, пожил я достаточно. Другие люди продолжат мое дело.

— А что серьезного могут совершить немногочисленные престарелые офицеры третьего рейха? — поинтересовался Фрост, отхлебывая кофе. — Конечно, я знаю, что в настоящее время есть банды недоумков, называющих себя нацистами, но их ведь недостаточно…