От этих свиданий в отеле веяло чем-то восхитительно запретным. В безличной обстановке номера тело Филиппа казалось одновременно и знакомым, и чужим, и это было удивительно эротично.

Его теплые нежные губы, его дыхание, смешивающееся с ее собственным, неповторимый аромат его кожи и волос — все это пробуждало в ней страстное желание. Алекса легонько погладила кончиками пальцев его шею сзади, там, где кончались волосы. Филипп втянул воздух и опустил руки ниже, поглаживая ее бедра.

Их поцелуи становились все более страстными. Прижимая Алексу к себе, Филипп гладил ее плечи, талию, грудь. Когда его пальцы коснулись верхней пуговицы на ее блузке, Алекса затрепетала от желания.

Она нежно очертила кончиком языка контуры его губ и провела пальцами вниз по его позвоночнику. Филипп выгнул спину и через мгновение ловко расправился с застежкой бюстгальтера. Под его ладонями соски Алексы налились и отвердели, она тихо застонала от удовольствия.

— Любовь моя, как же я по тебе соскучился! — прошептал он, стягивая с ее плеч блузку и припадая горячими губами к нежной коже.

— О, Филипп… я тоже по тебе скучала.

Он опустился на колени, не отрывая рук от ее грудей и продолжая нежно перекатывать соски между большими и указательными пальцами, и прижался губами к молочно-белой коже живота. Алекса покачнулась, дрожащие пальцы запутались в его шелковистых волосах. Почувствовав юбку и трусики у себя на щиколотках, она переступила через них и прошептала:

— Теперь твоя очередь.

Они вместе занялись одеждой Филиппа, каждые несколько секунд прерываясь, чтобы слиться в поцелуе. Алекса поглаживала его грудь, затем, наслаждаясь гибкостью сильного мускулистого тела, руки заскользили вверх и вниз по его сильным бедрам, усиливая возбуждение.

Потом они снова с жадностью целовали друг друга. Не отрываясь от ее рта, Филипп стал мягко подталкивать Алексу к кровати.