Наскоро вымывшись, девушка надела платье цвета гиацинта с глубоким вырезом, широкими рукавами и пышной юбкой. Это было лучшее платье в ее скудном гардеробе, предназначенное для того, чтобы очаровать Адама. Пруденс надевала его впервые, хотя пошито оно было год назад. Она берегла его до сегодняшнего дня.

Расчесав густые, блестящие кудри, Пруденс вскочила и повертелась перед зеркалом, пытаясь представить себе впечатление, которое произведет на Адама. Высокой она не была, зато отличалась отличной фигурой. Молли считала ее хорошенькой… и, похоже, Уилл Прайс тоже. Девушка нагнулась, чтобы лучше рассмотреть глаза. Они обладали любопытнейшим оттенком: то ли темно-лиловым, то ли фиолетовым, и были обрамлены роскошными ресницами.

Довольная своей внешностью, Пруденс вышла из спальни и, по пути на балкон, столкнулась с тетей Джулией. Круглое лицо тети было красным от кухонного жара, а ее седеющие волосы выбивались из прически.

Джулия обрадовалась встрече с племянницей и весело рассмеялась, глядя, как она кружится перед ней, хвастаясь новым платьем. Эта нарядная девушка была совершенно не похожа на замарашку в старой, перепачканной землей юбке и с вечно исцарапанными руками.

– Ну и ну, Пруденс! – воскликнула Джулия. – Ты очаровательна. А этот синий цвет удивительно тебя освежает. Что ж, все джентльмены в процессии будут твои.

Джулия помнила, как Арабелла купила у Филиппа эту ткань, чтобы сшить платье для сестры. Все они были чрезвычайно удивлены, когда Пруденс объявила, что не наденет его до тех пор, пока король Карл не вернется в Англию.

– Думаю, тебе стоит поторопиться и занять место на балконе, Пруденс. Мои внуки торчат там с самого приезда. Судя по возгласам и смеху, процессия подойдет с минуты на минуту. Я слышала, она движется очень медленно, и ее хвост мы увидим уже после наступления темноты. Видимо, Томас появится не скоро, и, скорее всего, он будет ехать рядом с лордом Фоксом и Адамом Лингардом.