Мальчик последовал за Чандрой во двор, ей никак не удавалось убедить его остаться дома. Он требовал, чтобы его ваяли, и жаловался, что с ним жестоко обращаются. Во дворе ее уже ждала дюжина верховых, а белый красавец Уикет нетерпеливо перебирал ногами. Мальчишка-конюх едва удерживал поводья.

– Я знаю, – вопил Джон, – ты боишься, что я сам убью кабана!

– Забирайся на стену, Джон, и оттуда наблюдай за охотой, – спокойно ответила Чандра. Уикет успокоился, как только она вскочила на него. Девушка знала, что строптивый жеребец всегда подчиняется ей.

– Ну погоди, сестричка, дай мне только подрасти, – услышала Чандра злобный голос брата. Никто из тех, кто наблюдал эту сцену, не проронил ни звука.

Между тем Джон, подражая отцу. расхаживал по двору с важным и самодовольным видом. Он явно воображал себя лордом Ричардом. Скоро, очень скоро, думала Чандра, отцу придется отправить сына к какому-нибудь лорду, чтобы мальчик стал его пажом, а затем и оруженосцем. Это благотворно повлияет на его характер. Чандра не любила думать об этом, хотя знала, что не успеет и оглянуться, как Джон станет мужчиной. Размышляя, Чандра прикрыла глаза. Ведь она всего-навсего девушка, а для отца и Кройленда этот злобный и капризный мальчишка через несколько лет станет куда важнее, чем она, Чандра. Что же тогда станется с ней? Она дала шпоры Уикету и крикнула привратнику Ансельму опустить подъемный мост.

Чандра заняла место во главе небольшого отряда. Лебедки, опускавшие и поднимавшие мост, только что смазали, поэтому он опустился совершенно бесшумно. И тотчас по деревянному мосту застучали копыта, Чандра любила этот звук и радовалась тому, что вырвалась на свободу. Позади следовали доезжачие с борзыми и гончими. Миновав поле для турниров, они выехали на грязную дорогу и направились на юг. Путь шел по окраине деревни, расположившейся у подножия горы; хижины с соломенными крышами стояли возле пещеры.