Она давно привыкла к такой жизни: Россия кишела шпионами. Она помнила, что ее муж, князь Петр Багратион, который впоследствии погиб в сражении, также презирал агентов, постоянно преследовавших его.

В Австрии было то же самое. Хорошо известно, что императору Францу ежедневно докладывали все подробности происходящего в Хофбурге, и вся Вена была под неусыпным оком барона Хагера.

Действительно, Екатерина была агентом тайной службы России. Русское правительство поручило ей завлечь в свои сети самого австрийского князя Клеменса Меттерниха. И то, что Екатерина сама совершенно отчаянно влюбилась в него, сделало эту задачу только более легкой и приятной. Они честно и преданно служили своим высоким покровителям. Приверженность к своему делу не отдалила их друг от друга, а любовь стала еще сильнее.

Екатерина, несмотря на свой юный вид, была очень разумна. И, кроме того, она со всем жаром своих восточных предков свято верила в величие России, ее особую роль в грядущих событиях.

Как-то влюбленные обедали в будуаре Екатерины. Она сидела в розовом прозрачном пеньюаре на ручке его кресла. Беседуя, они медленно потягивали ликеры, которые подали слуги, перед тем как незаметно удалиться. Клеменс задумчиво смотрел на свою рюмку, и Екатерина знала по выражению его лица, что на время забыта любовь и его мысли заняты политикой. И, словно почувствовав ее молчаливый призыв, он повернул голову.

Она смотрела на него сверху вниз, рукой нежно обвив его. Постепенно ее зрачки расширялись, темнели. Екатерина наклонилась поцеловать его. В объятиях друг друга они забыли об интригах, России, Австрии, обо всем. Осталась лишь страсть. Но Екатерина вдруг прошептала:

— Клеменс, будет ужасно, если между Россией и Австрией вспыхнет война. Мы окажемся по разные стороны, и я не переживу этого! Хотя из-за чего, собственно, беспокоиться? Вряд ли кто-то осмелится воевать с государством, чье правительство вы имеете честь представлять.