Она взяла стерилизатор и шприц у рыдающей Дайаны, вставила новую иглу и решительно направилась в комнату Дакиса Николайдеса.

Там ее встретили бешеные глаза, казавшиеся на изможденном лице удивительно молодыми и ясными.

– И где ты была, хотел бы я знать? – воинственно рявкнул на нее старик.

– Я только что заступила на дежурство, – спокойно ответила она. – Знаете ли, я иногда бываю дома. А вам совсем не обязательно быть таким грубым.

– Ага, не обязательно, как же! Эти ваши костоломы здорово сумели меня разозлить, – проворчал он, нетерпеливо дергая за край простыни. – Они все, все передо мной подхалимничают!

– Само собой, – ответила она и взяла пару бумажных полотенец, чтобы вытереть лужу воды на полу. – Они же вас боятся.

– Ты хочешь сказать, что я задира? – ощетинился он.

– А вы-то сами как думаете?

– Ну, ты же меня не боишься!

– Нет, я не боюсь, – ответила она. – Поэтому успокойтесь и дайте мне взять кровь на анализ.

– Анализ, анализ! Ну ладно, – согласился он ворчливо, вытягивая руку. – Валяйте, колите. За последние две недели вы уже высосали из меня столько крови, что хватило бы на целую свору голодных вампиров!

– Для вашей же пользы, – мягко сказала Меган, прекрасно понимая, почему старик так рассержен: судя по всему, Дайана сделала не меньше четырех или пяти неудачных попыток ввести иглу, так как взять у старого Дакиса кровь было совсем не простой задачей – под пергаментно-сухой старческой кожей вены казались тонкими, как ниточки. – Думаю, нам лучше попробовать трюк с теплой водой, – предложила она и взяла миску из раковины. – Вот так, суньте сюда руку на несколько секунд, тогда вену будет лучше видно. Вы же не хотите заниматься этим при ваших визитерах, не так ли?

– Ха! Мало мне врачей-подхалимов, так еще заявится целая банда подхалимов-родственничков! – презрительно усмехнулся он. – Знаешь, почему они таскаются сюда чуть ли не каждый день? Только из-за моих денежек!