― Ты что, совсем не слушаешь меня? — услышал он негодующий возглас.

Витторио с удивлением обнаружил, что они уже свернули на другую тропинку и идут теперь в глубь сада, а не к дому.

― Извини. Так о чем ты? — небрежно спросил он.

Джемма вновь пустилась разглагольствовать, а Витторио снова погрузился в невеселые мысли о Деборе.

Интересно, изменилась ли она со дня их последней встречи? Какая у нее теперь прическа? Раньше у нее были длинные распущенные волосы непередаваемого каштанового оттенка, ухоженные, блестящие и очень мягкие. Как приятно было зарыться в них лицом или легко перебирать пальцами, когда они рассыпались по подушке…

И тут же Витторио обожгла привычная уже мысль: а ведь теперь, наверное, эти волосы гладит чья-то чужая рука! Господи, как ему пережить это! Как смириться с тем, что его Дебби, его крошка теперь целует другого мужчину? А ведь наверняка у нее кто-то есть, раз потребовался развод. Очередной богатый жених, с горечью подумал Витторио. Неужели мама права и у американок это в крови: выйти замуж за богатого мужчину и тут же развестись с ним, удачно увеличив свое и без того немаленькое состояние?

Нет, никогда ему не понять этих женщин! Ну, вот взять хотя бы Джемму. Она явно спит и видит стать его супругой, и точно не из-за денег. Правда, ему от этого не легче. Совсем наоборот, вместо того чтобы залечивать раны, он вынужден держать оборону на двух фронтах: с одной стороны, любящая мамочка, с другой ― влюбленная дурочка.

Когда Витторио и Джемма подошли к дому, за оградой раздался шум подъезжающего автомобиля.

Черт, а вот теперь это точно Дебора. Видимо, он неправильно рассчитал время ее приезда. А может быть, самолет действительно прилетел раньше. Впрочем, не все ли равно. Теперь надо срочно принимать независимый вид. Ах да, тут еще эта девчонка…