— Но как только подошло время давать обеты… — улыбнулась Кейт. Ханна кивнула.

— Вот именно. А третья помолвка была незадолго до болезни бабушки. Картер Мур, мой третий жених, заверил меня, что наш союз «пойдет на пользу нам обоим».

— Не очень-то романтично, — отметила Кейт.

— Да, Картер — человек серьезный. Вместо обручального кольца он подарил мне пачку акций, полагая, что это важнее, чем ювелирное украшение.

— И ты сразу порвала с ним?

— Нет, не сразу… Все мои родственники были от него в восторге и хотели принять его в нашу семью. Его родные тоже к этому стремились, но тут тяжело заболела бабушка, и я вернулась сюда, в Кловер, из Чарлстона, где тогда работала. Картер заявил, что не понимает, как можно бросить работу ради «умирающей старухи». Вот тогда я и вернула его подарок. Таким образом, и третий поезд ушел.

— Ты счастливо отделалась, — посочувствовала Кейт. — Картер тебе не пара.

— Все обернулось к лучшему: бабушка поправилась, а я открыла здесь антикварный магазин и довольна своей судьбой. Честно говоря, я никогда не была так счастлива, как теперь. Нам, деловым женщинам, мужья не нужны. Мы — основа экономики. В один прекрасный день нас выберут в члены правления Торговой палаты, и мы будем стоять у руля нашего города!

Девушки засмеялись.

— У меня есть одно возражение: несмотря на деловой склад характера, ты не отказываешься от общения с противоположным полом. Начиная с тринадцати лет у тебя каждую субботу свидание — то с одним, то с другим.

Бросив взгляд на жениха и невесту, Ханна снова вздохнула.

— Что правда, то правда, на свидания я хожу регулярно, но они не доставляют мне радости. И хотя я не ищу четвертого жениха, когда видишь счастливую пару, тоже хочется…

— Ханна! — К ней подошел долговязый Син Фицджералд. — Ты сегодня неотразима… как всегда. Разве я не говорил тебе, что ты первая и последняя любовь в моей жизни?