Запыхавшаяся и растрепанная Татьяна нажала на кнопку звонка. Судя по звукам, доносившимся из-за закрытой двери ("Между прочим, двойной", — отметила девушка), вечеринка была уже в самом разгаре. "Будем надеяться, что Женька не слишком расстроился из-за моего опоздания, — подумала Татьяна, снова и снова давя на пуговку звонка. — А все из-за этого чертова Вульфа! Надо же было догадаться прыгнуть с грязными лапами мне на грудь, когда я только оделась к празднику! Пока застирывала, сушила и отглаживала, сколько времени прошло? Конечно, можно было одеть что-то другое, но это моя любимая и самая лучшая блузка, так что пришлось подзадержаться. Ну ничего, я свое еще наверстаю… Да что они там, оглохли, что ли?!"

Наконец, дверь открылась, и Женька со справедливым негодованием воскликнул с порога:

— Явилась — не запылилась! Я уж думал, что ваше высочество не снизойдет до такого презренного смертного, как я! Я ж себе тут места не нахожу, весь слезьми умылся, а она — вот она! Правильно, я все понимаю, я ведь…

— Поздравляю с днем рожденья! — прервала поток его исполненных наигранной горечи слов девушка и поцеловала парня в щеку. Тот запнулся и под смеющимся взглядом Татьяны нежно порозовел.

— Шалунишка! — шутливо пригрозил он ей пальцем. — Знаешь, перед чем я никогда не могу устоять, и бессердечно этим пользуешься. Злая!