Желтые глаза сверкнули, и она подумала, сейчас он набросится на нее. Но в следующее мгновение его веки опустились, черные ресницы закрыли лучистый взгляд. Он разжал пальцы.

Рука Мэгги повисла, кожаная фляга выпала из нее и благополучно приземлилась рядом на тропинку. Мэгги потерла затекшее место. Она даже не подняла на него глаз, когда парень спросил:

— А теперь ты боишься меня?

— Да.

Это было правдой. Даже не из-за того, что он был вампиром, и не из-за того, что он мог посылать голубую смерть на расстояние двадцати футов. А из-за того, каким он был. Он сам по себе был страшен.

— Однако что толку бояться? — Мэгги продолжала растирать онемевшие пальцы. — Если ты собираешься напасть на меня, я буду драться. До сих пор ты не причинял мне вреда. Ты помогал мне.

— Я же сказал, вовсе нет. К тому же ты долго не проживешь, если и дальше будешь вести себя как полоумная…

— Как кто? — Она наконец взглянула на него и увидела, что клыки исчезли, остался лишь презрительный аристократический изгиб губ да глаза все еще светились темным золотом.

— Как полоумная, которая доверяет людям, заботится обо всех… Разве ты не знаешь, что только сильным позволено делать все, что хочется? Слабые — всего лишь стадо. И если ты попытаешься помочь им, они растопчут тебя.

— Кэди не слабая, — убежденно ответила Мэгги. — Она больна. Она поправится… если дать ей шанс. А если мы не будем заботиться друг о друге, что с нами будет?

Он нахмурился. Несколько минут они стояли, недовольно уставившись друг на друга.

Потом Мэгги наклонилась и подняла флягу.

— Мне нужно напоить ее. А потом я принесу твою флягу обратно.

— Подожди, — приказал он, но на сей раз не стал хватать ее за руку.

— Что?

— Следуй за мной. — Он повернулся к Мэгги спиной, уверенный, что она последует за ним. Ясно: он привык, что его слушаются, не задавая вопросов. — Захвати флягу, — бросил он, даже не обернувшись.