– Твой отец, – усмехнулся он, – не решал. Как он мог что-либо решать, если я выбрал тебя. Да, девчушка, Я выбрал тебя. Еще когда Аданы только пришли в Белерианд, я увидел тебя среди других младенцев Атани. Прозрев грядущее, я понял, что ты родилась на свет Арды для меня.

Он склонился к ней. Его горячее дыхание смешивалось с ее, его волосы упали ей на лицо. Румер закрыла глаза, ожидая поцелуя. Однако он выпустил ее и ушел к окну.

– Так ты не хотела этого брака по своей воле? – прерывая повисшую между ними тишину, спросил Кейран.

– Я совсем не знаю вас, Повелитель. Не знаю Эльдаров, – неуверенно призналась Румер и тут же поняла, что сболтнула что-то не то. Ибо он подбежал к ней и порывисто сжал за плечи. И вновь его лучистые глаза обожгли ее своим сиянием. Девушка перестала дышать.

– Так отчего же ты позволила соединить наши руки над огнем? Почему сказала «да»?

Румер молчала. И, правда – почему?

– Ты моя, – твердо сказал он. – Так решено много веков назад. Песнь Илуватара предрекла это.

Он сжал сильнее и склонился над ее лицом.

– Ты моя супруга.

– Наш брак – залог мира, – прошептала она еще одну заученную фразу. И вновь поняла, что не следовало бы. Кейран резко отстранился. Румер пошатнулась, наступив на подол одежды, но он не поддержал ее. Отвернулся, сложив руки на груди, заходил по покою.

– Ты говоришь как дочь вождя.

Он остановился у сундука, что-то достав, зажал в кулаке. Девушка с опаской наблюдала за ним. Она сказала правду – она не знала его, не знала эльфов. Люди и Перворожденные не дружили достаточно тесно. Румер не знала чего ожидать от этого эльфа, от мужчины-эльфа, с которым связана вся ее последующая жизнь.

Кейран подошел медленно, точно упиваясь ее страхом. Свет его глаз, уже немного знакомый Румер, не так сильно ожег ее.

– Ты мыслишь как супруга вождя. Ты будешь достойной меня, Румер.