Как только мы перестали набирать высоту, я осторожненько высунул крылья. Убедившись, что мы легли на воздух, я сделал бочку, выпустил крылья до конца, так что машина обрела дозвуковой силуэт, и мы перешли в планирующий полет.

– Ну как, целы?

– Ух, дружочек, – с трудом пришла в себя Хильда. – Ну и номер был! Попробуй так еще, только пусть на этот раз меня кто-нибудь поцелует.

– Заткнись, старая греховодница. Папа, вы как?

– Прекрасно, сын.

– Дити?

– Все о'кей.

– Ты не ушиблась там, на стоянке, когда мы падали?

– Никак нет, сэр, я успела сгруппироваться и принять удар на левую ягодицу, а заодно подхватить папины очки. Но в следующий раз, пожалуйста, подставь кровать. Или хотя бы мат потолще.

– Учту на будущее. – Я включил радио (но не пищалку) и прошелся, по всем полицейским частотам. Если кто-то и заметил наши маневры, в эфире о них никаких разговоров не было. Мы снизились до двух километров; я сделал резкий вираж вправо и включил мотор.

– Дити, где вы с папой живете?

– В Логане, штат Юта.

– Сколько там нужно времени, чтобы зарегистрировать брак?

– Зебби, – вмешалась Хильда, – в Юте нет срока ожидания...

– Ну вот и отлично, поехали в Логан.

– ...но зато там требуют анализ крови. Дити, ты знаешь, какое у Зебби прозвище в университете? Его называют Вас-Положить, то есть Вассерман-положительный <проба Вассермана – анализ на наличие сифилиса>. Зебби, всем известно, что единственный штат, где браки регистрируются круглосуточно, без срока ожидания и без анализов, – это Невада. Так что нацеливай свою бомбу на Рино, там и распишетесь.

– Шельма, лапочка, – мягко сказал я, – ты доберешься до дома одна, если я сейчас высажу тебя из машины?

– Не знаю, я еще ни разу не вылезала в двух тыщах метров над землей.

– Имей в виду, что ваше сиденье катапультируется. Только без парашюта.