– Так просто. Подумала о том, что завтра все закончится. Ты уедешь, потом и я вернусь в Англию…

– Кэт, посмотри на меня.

– Зачем?

– Потому что я хочу удостовериться в том, что прав.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Кэти… Катарина, ты хочешь того же, что и я?

Его горячая ладонь легла ей на спину. Это больше всего напоминало ожог – и Кэти вздрогнула всем телом, тихо ахнула, потом стремительно развернулась к Сандро…

Через мгновение два обнаженных тела слились воедино, покатились по густой траве.

Девушка горела в его руках, и Алессандро постепенно утрачивал контроль над собственными инстинктами. О да, да, ему не стоит – мягко говоря – заниматься любовью на берегу этого чертова озера – ведь уже был случай, много лет назад, когда проклятые папарацци засняли его из лодки, болтавшейся на приличном расстоянии от берега… Но как, как, скажите, остановиться, если кожа нежнее лепестков розы, а грудь – грудь буквально создана Первым Из Скульпторов для того, чтобы ложиться в ладонь Алессандро…

Близкое и звонкое тявканье заставило их отпрянуть друг от друга. Кэти торопливо завернулась в покрывало, безжалостно смахнув в траву яблоки, свежий хлеб и неоткупоренную бутылку вина – оказывается, они едва не занялись любовью на собственном провианте.

Алессандро напоминал рассерженного громовержца. Он резко, но не поспешно натянул шорты, поднялся на ноги и двинулся к кустам, из которых в ту же минуту показался крепко сбитый человек средних лет, сжимавший в руках ружье.

Кэти от ужаса даже зажмурилась. Все пропало! Они нарушили границы частной территории, более того, они вели себя… как это называется-то… оскорбление общественной нравственности? Короче говоря, теперь их посадят в тюрьму, вот ужас!

Тем временем Алессандро, подойдя вплотную к человеку с ружьем, процедил сквозь зубы:

– Лука, я ценю твою бдительность, но только в пределах разумного! Забери, ради бога, своего барбоса и вали отсюда побыстрее. У меня свидание!