Стараясь говорить весело и беззаботно, она указала рукой на беседку.

– Интересно, кому могла прийти в голову блажь построить такую прелесть посреди леса?

– Гм… Вообще-то это парк.

– Ты говоришь с англичанкой, не забывай об этом. Парки не такие. Это лес! И зачем здесь одинокая беседка?

– Она вовсе не одинока. Вон за теми оливами стоит дом…

Кэти чувствовала, как по спине бегают мурашки от сладкого ужаса, но не сдавалась.

– Все-таки ты специалист по прониканию в чужие дома.

– То есть ты даже мысли не допускаешь, что это может быть мой дом?

– Сандро, не надо стараться пустить мне пыль в глаза. Меня абсолютно не волнует то, кем ты работаешь. Важна душа, интересны чувства – а знатность и богатство всего лишь мишура… Так где же ужин?

Алессандро молча подал ей руку и проводил в беседку. На пороге она споткнулась, чуть сильнее стиснув его руку, – и тогда он не выдержал, развернул девушку к себе и жадно поцеловал в губы коротким и страстным поцелуем. Затем отстранил ее от себя и хрипло прошептал:

– Я хочу быть честным с тобой, моя прекрасная Кэт. Не об ужине я сейчас думаю. Не о вине. Не об этой ночи и даже не о том, что скоро мне придется уехать…

– Ты уедешь?!

В ее голосе прозвучало такое отчаяние, что Алессандро слабо улыбнулся. Если она и охотится за его состоянием, то делает это весьма артистично.

– Кэти, не надо так отчаянно на меня смотреть. Я уеду всего лишь на неделю, возможно, дней на десять. Потом мы снова увидимся.

– Сандро, я не знаю, что со мной творится…

– Я знаю. Дай мне руку.

Он стиснул ее дрожащие пальчики, поднес к губам, не сводя с опечаленного милого личика своих огненных черных глаз.

– Кэт, я хочу тебя. Ты знаешь об этом, не так ли? С самого первого мгновения знала – и отвечала тем же.

– Сандро…

– Я не могу и не хочу больше сдерживаться. Я знаю, ты хочешь меня так же сильно, и потому… пойдем со мной. Не бойся. Я никогда не причиню тебе боли…