— Джеймс обмолвился о том, что завтра все родственники соберутся на семейное торжество, — продолжал Гилберт.

Джинни кивнула.

— Да, я слышала об этом.

Она насторожилась. Неужели Гилберт попросит ее сейчас сопровождать его на этот вечер? Джинни, которая и без того находилась в сложном положении, не хотелось на глазах у шефа и его семьи ссориться с Энтони, который вполне мог спровоцировать скандал.

Но Гилберт, по-видимому, уже принял решение и не собирался отступать от задуманного.

— Вечер устраивается в честь официальной помолвки Дороти и Энтони, — сказал он. — И я думаю, что вам следует…

— Нет, Гилберт, нет! — испуганно воскликнула Джинни. — Только не это! И не вздумайте напоминать мне, что я ваша должница. Я давно все поняла. Вы согласились оказать мне услугу потому, что это было выгодно вам. Вы давно уже знали о предстоящей помолке Дороти и Энтони и хотели расстроить ее. Поэтому вы и согласились пойти сегодня со мной в ресторан. Видите, Гилберт, я не такая дурочка, какой, быть может, кажусь вам и Энтони. Вы преследуете собственные интересы, а вовсе не помогаете мне из альтруизма. Поэтому я считаю себя вправе отказать вам.

Джинни с упреком смотрела на Гилберта. В ее больших изумрудно-зеленых глазах блестели слезы обиды. И для этого мужчины она всего лишь средство, с помощью которого он пытается достичь своих целей!

— Вы не правы, Джинни, и я докажу вам это. Умоляю вас…

— Нет, Гилберт, — твердо сказала она. — Я не хочу еще раз пережить то, что пережила сегодня.

— Но разве вы пережили сегодня только неприятные моменты? — вкрадчиво спросил Гилберт, обнимая Джинни за талию.

Сердце Джинни пропустило несколько ударов. Она не обманывала себя: поцелуй Гилберта пробудил в ней страсть. Но она не хотела попасться на удочку очередного самоуверенного красавца. Энтони преподал ей жестокий урок, который она запомнила на всю жизнь.