— Молчи, Кэтрин, я не желаю ничего слышать! — категорически заявила Джинни.

Кэтрин отложила журнал, который читала, и внимательно посмотрела на сестру.

Джинни явно нервничала и не желала слушать Кэтрин, которая все утро внушала ей, что она должна лучше относиться к Гилберту Уэлдону и не подозревать его в своекорыстии. Кроме того, за Джинни с минуты на минуту должна была заехать Дороти Рейли, чтобы вместе отправиться по магазинам.

— Ни слова, Кэтрин! — воскликнула Джинни, видя, что сестра открыла рот, собираясь что-то сказать.

Кэтрин с недоумением и обидой пожала плечами.

— Не понимаю, почему ты злишься. Ведь ты обожаешь ходить по магазинам!

Это была сущая правда, но сегодняшний поход за покупками вызывал у Джинни раздражение. И Кэтрин прекрасно знала, почему у ее старшей сестры плохое настроение.

Джинни бросила на нее сердитый взгляд.

— Мне кажется, работа у Гилберта испортила тебя, — с досадой сказала она. — Ты стала такой же трусливой, как он!

Кэтрин рассмеялась.

— И еще «коварной», «скрытной» и «пытающейся манипулировать людьми», да?

Все эти характеристики сестре дала Джинни, когда вернулась домой из ресторана. У них состоялся крупный разговор, в котором Джинни высказала все, что думала о сестре и о ее шефе.

— А еще вы оба преследуете собственные интересы и пытаетесь использовать меня в своих целях! — сердито воскликнула Джинни и сокрушенно покачала головой. — Надо было с самого начала рассказать мне все начистоту, — с упреком, но уже более миролюбиво промолвила она.

— Но тогда бы ты ни за что не пошла в ресторан. Во всяком случае, с Гилбертом, — заметила Кэтрин.

— Ну и что из того?

— Очнись, Джинни! Ты забыла, что я и Гилберт находимся вместе с тобой по одну сторону баррикад, а Энтони — по другую. Он — плохой, а мы — хорошие. У меня создалось впечатление, что в твоей голове все перепуталось, и ты не отличаешь добро от зла.