Джинни поморщилась, услышав имя своего бывшего друга. Ей хотелось навсегда забыть Энтони, но сложившаяся ситуация не позволяла ей этого.

Вчера вечером ее тронули слова Гилберта: «Этот негодяй недостоин Дороти, не говоря уже о вас!» Джинни не совсем понимала, что он хотел этим сказать, но сочла это за комплимент. Впрочем, наученная горьким опытом, Джинни старалась не обращать внимания на комплименты. После романа с Энтони она не хотела вступать в близкие отношения с кем бы то ни было и не обольщалась, когда Гилберт восхвалял ее внешность и бросал на нее нежные взоры.

Возвращаясь из ресторана, сидя в машине рядом с Гилбертом, Джинни думала о том, поцелует ли он ее на прощание, и смущалась этих мыслей. За последние несколько часов она привыкла к тому, что нравится Гилберту, хотя, конечно, о влюбленности не могло быть и речи.

Джинни была слегка разочарована и в то же время она почувствовала облегчение, когда, проводив ее до дверей дома, Гилберт дружески поцеловал ее в щеку.

— Я заеду за вами завтра около восьми. Не обещаю приятного вечера, но тем не менее нам необходимо быть в доме Рейли, — сказал он.

— Не беспокойтесь, я не передумаю. Я тоже умею держать слово. А завтра с утра мы с Дороти договорились совершить набег на магазины.

— Ведите себя естественно и ничего не бойтесь, — посоветовал Гилберт. — Дороти добрая и милая девушка.

Джинни усмехнулась. Дело было вовсе не в характере Дороти, и Гилберт это отлично знал. Джинни с ужасом думала о том, что ей предстоит пережить завтра. Дороти наверняка будет без умолку болтать о том, какой замечательный человек ее жених и как она любит его. Джинни придется собрать всю свою волю в кулак, чтобы не рассказать Дороти правду об Энтони.

— Купите себе что-нибудь золотисто-коричневое под цвет ваших чудесных волос, — сказал Гилберт с нежной улыбкой.