Неужели и Владимир тоже стоит вместе с ней на балконе? Ведь он же не курит? Или уже курит?

Равнодушный голос мужчины ответил:

– Я ее внешности не замечаю. Мы знакомы почти двадцать пять лет, привык.

Лариса поразилась:

– Нет, как можно к такому привыкнуть? Почему она хотя бы не попытается что-нибудь сделать со своим лицом? Ну хоть нос уменьшить и форму глаз изменить? Сейчас ведь это не проблема!

Влад саркастично хохотнул:

– А зачем ей это? Она и без того себя самой умной считает. Да и не нужен ей никто. Ей и так хорошо.

Это прозвучало с излишним ожесточением, и догадливая Лариса протянула:

– Она тебя что, отшила? Ты поэтому так злишься?

Голос Владимира отвердел, зло отринув подобное порочащее его подозрение:

– Ну вот еще! У меня что, нормальных подружек нет, что ли?

Лариса хихикнула:

– Ее вполне можно использовать вместо триллера на ночь. Страх в умеренных дозах полезен. Представляешь – просыпаешься посреди ночи, видишь рядом подобное личико и кричишь от ужаса. Адреналин вырабатывается.

Влад хрипловато, видимо от сдерживаемого смеха, проговорил:

– Нет уж, спасибо! Что-то не хочется.

Тут вмешался Вячеслав и прекратил их болтовню, пасмурно намекнув:

– Ты бы, Вовка, поменьше трепался. Дойдет до кое-кого, не возрадуешься.

Сдавленный голос Влада испуганно проговорил:

– Черт! – и всё смолкло.

Всё слышавшая Вика соболезнующе взглянула на Настю.

– Ну и свинья Володька, как оказывается! Я-то о нем лучше думала.

Настя вяло пожала плечами.

– Не бери в голову, я и не такое в своей жизни слышала.

Вика с округлившимися глазами прошептала:

– А что это за девица, ты знаешь? И с кем она – с Вячеславом или Владимиром?

Пришлось признать, что она вовсе не в курсе:

– Да почем мне знать? Я ведь у Влада не наперсница.

Подружка недоверчиво передернулась.

– Ну да! Все знали, что Володька тебе обо всем рассказывал.