– Я не приму от тебя такой жертвы, Бен, – сказала она мягко, целуя его в щеку. И, пожалуйста, не шути так со старыми девами.

– Я не шутил.

– Сомневаюсь в этом. Ладно, вытри помаду; я расскажу тебе все, что знаю, и мы подумаем, как тебе извлечь из этого выгоду, не подводя меня. Идет?

– Идет!

– Я уверена, что под действием наркотиков он не был, и готова поручиться, что он был в здравом уме, хотя говорил странные вещи.

– Было бы странно, если бы он не говорил странных вещей.

– ?!

– Джилл, у нас мало сведений о Марсе, но мы хорошо знаем, что марсиане сильно отличаются от людей. Представь, что ты попала в дикое племя, которое носит шкуры. Какой ты вернешься оттуда через десяток лет? А это еще слабое сравнение: Марс отстоит от нас на сорок миллионов миль.

– Понимаю, – кивнула Джилл. – Именно поэтому я и пропустила его глупости мимо ушей. Не такая уж я тупица.

– Ну что ты! Ты просто умница, хоть и женщина.

– Тебе нравится, когда тебя поливают мартини?

– Извини. Женщины умнее мужчин, история это не раз подтверждала. Давай налью.

Джилл смягчилась и продолжала:

– Просто глупо, но к нему не пускают женщин. Он вовсе не сексуальный маньяк.

– Наверное, его оберегают от излишних волнений.

– Он не был взволнован. Ему было просто любопытно. Я не чувствовала, что на меня смотрит мужчина.

– Если бы ты разделась, он, может быть, поступил бы как мужчина.

– Не думаю. Мне кажется, он уже слышал, что есть женщины и есть мужчины, и хотел увидеть, в чем между ними разница.

– Vive la difference!

– Не говори сальностей!

– Что ты! Я поблагодарил Господа за то, что он позволил мне родиться человеком, а не марсианином.

– Хватит шутить, Бен.

– Я абсолютно серьезен.

– Ну, значит, успокойся. Он не обидел бы меня. Ты не видел, какое у него лицо, а я видела.

– Какое же у него лицо?

Джилл задумалась.

– Бен, ты когда-нибудь видел ангела?