– Ни одного, кроме тебя.

– И я не видела, но он был именно, как ангел. Совершенно безмятежное лицо и мудрые глаза. Не по-земному чистое лицо, – она передернула плечами. – Не по-земному… – повторил Бен. – Посмотреть бы на него.

– Бен, почему его держат взаперти? Он и мухи не обидит.

– Ему дают освоиться. Он не привык к земному тяготению и паршиво себя чувствует.

– Мышечная слабость не опасна; гравитационная миастения гораздо серьезнее, но мы и с ней справляемся.

– Его нужно оберегать от простуды и инфекций: на Марсе он с ними не сталкивался.

– Ну да, у него нет антител. Хотя постой, я слышала, что доктор Нельсон – он летал на «Чемпионе» – по пути на Землю делал Смиту переливания и заменил ему половину крови.

– Можно мне это опубликовать, Джилл?

– Только не ссылайся на меня… Да, ему сделали прививки против всех болезней, за исключением родильной горячки. Кроме того, для защиты от инфекции, по-моему, не нужна вооруженная охрана.

– М-м-м, Джилл, я тоже знаю кое-что, чего ты можешь не знать. Опубликовать это «кое-что» я не могу, потому что не хочу подводить людей. Но если ты обещаешь молчать, тебе расскажу.

– Обещаю.

– Это длинная история. Хочешь еще выпить?

– Нет, я хочу есть. Где звонок?

– Вот он.

– Так позвони.

– Позвонить? Не ты ли собиралась готовить обед?

– Бен Кэкстон, я лучше умру с голоду, чем встану и нажму кнопку, которая находится в полуметре от тебя.

– Как прикажешь, – он нажал кнопку. – Но вернемся к Валентайну Майклу Смиту. Есть серьезные сомнения относительно его права носить фамилию Смит. – Как так?

– Милочка, твой приятель – первый незаконнорожденный в истории освоения космоса.

– Черт возьми!

– Веди себя прилично!… Ты слышала что-нибудь об экспедиции на «Посланце?» В ней участвовали четыре супружеские пары. Две из них носили фамилии Брант и Смит. Так вот, твой приятель с ангельским лицом – сын миссис Смит от капитана Бранта.