— Я тоже очень рад, — произнес он, испытывая необъяснимую робость и старательно ее маскируя.

— Миссис Уиндленд, решение за вами, — произнес тем временем Генри. — Предупреждаю: эти двое — лучшие, кого я могу вам порекомендовать. Либо принимайте их условия и они с завтрашнего же дня приступят к работе, либо… — Он развел руками.

Мораг Уиндленд, явно привыкшая, что люди, околдованные ее деньгами, беспрекословно ей подчиняются, недовольно посмотрела на Курта и Нэнси и поджала покрытые перламутровой помадой губы.

— Я принимаю их условия, — наконец выдавила она из себя, обращаясь к Генри.

— Вот и отлично! — Он оживился. — Значит, мы не зря здесь собрались!

Курт и Нэнси обменялись быстрыми взглядами. За несколько секунд Курт увидел в глазах этой почти незнакомой женщины столько понимания, что у него защемило под ложечкой. Ему вдруг показалось, что они часами могли бы разговаривать как об архитектуре, так и просто о жизни — об отношениях с близкими, о поездках, любимых книгах и фильмах.

Чушь! — одернул он себя. Дружить можно только с мужчинами, а женщины устроены по-другому. Постигать науки они в состоянии, а быть преданными товарищами не способны. Что за бредовые идеи меня посещают? Я приехал сюда работать, к тому же поклялся смотреть на Нэнси только как на коллегу. В последнее время я что-то слишком часто не сдерживаю данных себе обещаний. Надо исправляться. Срочно.

— Кстати, Курт, перед твоим приездом мы с миссис Уиндленд обсуждали, где вас разместить, — сказал Генри жизнерадостным тоном, как будто не замечая недовольства владелицы замка. — До Хоика, ближайшего города, далеко. Около часа езды. Мотаться каждый день туда и обратно вам будет неудобно.

— А в самом замке нельзя разместиться? — спросила Нэнси.