Шейла закашлялась. Впрочем, Лукас не обратил на нее ни малейшего внимания и продолжил излагать свою теорию:

– Я знаю, что и с этим у тебя все в порядке. Тетя Джоанна и дядя Майкл – прекрасные люди, добрые, отзывчивые, нравственные… Самое главное – я для них все равно что сын. Так что интеграция пройдет совершенно безболезненно для обеих сторон. Никаких скандалов на кухне, ссор с твоей матерью на почве выяснения, чей метод воспитания детей правильнее…

– Боже, Лукас, да ты ненормальный, – прошептала Шейла, в какой-то момент испугавшись патологической рассудочности кузена. – Думаешь, такой брак может быть счастливым?

– Что значит «может быть»? Он обречен на счастье, – с улыбкой заметил Лукас.

– Мне жаль тебя, Лукас. Надеюсь, ты вовремя осознаешь степень своего заблуждения и откажешься от задуманного.

– Не надейся, дорогая. Ты забыла, что я всегда добиваюсь желаемого?

Шейла недоверчиво уставилась на него.

– Неужели ты все это говорил серьезно? Я всегда терялась и не могла определить, когда ты шутишь, а когда устраиваешь клоунаду.

– Будь уверена: я настроен более чем серьезно. Я готов жениться на тебе хоть завтра. Однако, зная тетю Джоанну, не сомневаюсь, что подготовка к свадьбе наверняка затянется на, пару месяцев как минимум. Все-таки ей предстоит выдать замуж единственную дочь. Кстати, ты и так уже затянула с замужеством, не находишь?

– Нет, – резко ответила Шейла.

– И все-таки это так. Чем ты занимаешься? Тетя Джоанна что-то говорила о социальных программах, но, признаться, я мало что понял. Хотя… мы все равно переберемся в Новый Орлеан. Ты станешь добропорядочной женой и хозяйкой, матерью моих детей.

Шейла расхохоталась.

– Ты – форменный псих! Ума не приложу, зачем я вообще выслушиваю весь этот бред, который ты несешь?! – Шейла поднялась со стула и направилась к выходу.