– Джейк, но почему бы вам не поехать ко мне? Посмотрите новости, а я пока приготовлю соус – честно говоря, я пользуюсь бутылочным, но добавляю туда много всякой всячины. Получается неплохо.

– Либби, детка, не сомневаюсь, что это вкусно, и очень мило с вашей стороны пригласить меня, но как-нибудь в другой раз. День выдался тяжелый, пришлось много суетиться. Вы понимаете…

Взгляд ее говорил, что она понимает. Очень хорошо понимает. Джейк видел, как она отвернулась, и движение подбородка – упрямого, изящного, точеного подбородка – выразило то, о чем гордость заставляла ее промолчать.

Проклятие, он ее обидел. Только этого не хватало. Что бы с ним ни творилось, меньше всего он хотел обидеть ее.

Скрестив руки, он прислонился к холодному металлическому краю прилавка и долго стоял так, преграждая доступ к свиным отбивным, пока какая-то женщина, нацелившаяся на два куска вырезки, не обругала его.

Когда Джейк вышел из магазина, Либби и след простыл. Он выехал на шоссе и неожиданно для себя повернул в противоположном направлении. Теперь он, по крайней мере, обязан перед ней извиниться.

Глава четвертая

Джейк не стал терять время на то, чтобы понять, чего же он, собственно, хочет. Между ним и Либби что-то возникло. Хотел он этого или нет. Однажды в его толстые рабочие перчатки попал крошечный осколок стали. Извлечь его не удалось даже с помощью магнита, и он все время царапал палец и доводил Джейка до бешенства. Чтобы покончить с этим осколком, пришлось, в конце концов, выбросить новехонькие перчатки из конской кожи.

С этой историей надо было покончить прямо там, в супермаркете. Бог свидетель, у него нет никаких причин за ней бегать. Никаких разумных причин. Но он больше не подчиняется разуму. Им управляет стихия. Инстинкты берут свое.

Вскоре Джейк притормозил рядом с микроавтобусом Либби; она как раз выгружала сумки. Не улыбаясь, с какой-то настороженностью во взгляде она ждала, пока он выйдет из машины. Потом, нагнувшись к задней дверце, вытащила еще одну сумку. Как раз в этой сумке сверху лежали детские кукурузные хлопья. Ничего, как-нибудь переживем, решил Джейк.