Я решила пока не ехать с ребятами в отделение. Надо срочно поехать к Ольге, все ей рассказать и придумать, что и как мы будем делать. Я была решительно настроена на то, чтобы заняться распутыванием дела прямо завтра с утра. По горячим следам. Да и соседи Верины к этому моменту сосредоточатся и, возможно, вспомнят хоть что-нибудь, что наведет нас на след убийцы.
Стоп! А может быть, Вере такой странный самоубийца попался? Или, может быть, он хотел отравить ее, но перепутал бокалы?
Чушь. Он же с ней недавно познакомился.
Такие сумбурные мысли крутились в моей голове, пока я беспощадно выжимала из своего старенького «Ниссана» все, что можно.
* * *В всех окнах Ольгиной квартиры горел свет. Слава Богу, хоть дома, не умудрилась отправиться к какой-нибудь подруге, так же, как и она, верящей в предстоящий конец света.
Дверь никто не открыл. Спит, небось, мерзавка этакая. Хорошо, что хоть ключ от ее двери у меня всегда с собой.
В квартире творилось такое, что у меня волосы на голове зашевелились.
Обход я начала с кухни.
Какой ужас! Описать то, что я там увидела совершенно невозможно. Что за неряха! В кого она только и уродилась!
Заляпанная до полного безобразия газовая плита, на ней ковшик с остатками варева непонятного цвета.
Стол являл собой жалкое зрелище: банки, склянки, рваные калоши, образно говоря. На полу под столом две бутылки из-под коньяка. Из всех шкафов все почему-то было вытряхнуто. Все до единой склянки. На пыльных полках только дохлые тараканы, и больше ничего.
А когда я заглянула в кастрюли, стоявшие почему-то на подоконнике, то у меня челюсть свело. Грязное месиво из переваренного и недоваренного риса вперемешку с кусками моркови величиной с приличную сливу. И тут же сковородка с обуглившимся куском чего-то. Надо думать, что часа два назад это нечто отдаленно напоминало пирог. Кстати, про пирог я бы в жизни не догадалась, если бы не обратила внимание на то, что все ручки дверей были вымазаны засохшим тестом. Однако, это ботва. У Ольги я еще и не такое видела. Самое главное, уж слишком подозрительно тихо. Куда она подевала детей? И куда исчезла сама?