Ну, решил он, если любовь прошла мимо, остались и другие удовольствия – хотя обычно предпочитал выбирать любовниц, даже случайных, из кругов куда более высоких.

Яркий наряд был грязным, измятым, покрытым пылью. Сама женщина приняла неубедительно кроткий и смиренный вид, стоя перед каретой, не поднимала глаз и сжимала потертый ридикюль обеими руками, словно он мог выхватить сумочку из ее рук и приказать Бейтсу гнать лошадей. Он уже пожалел, что велел остановиться. Он был не в настроении разводить церемонии, чего она ожидала, судя по ее виду. К тому же подбирать незнакомых людей на дороге небезопасно. Алистер почувствовал раздражение. Но он уже остановился. Будет жестоко уехать, оставив ее только потому, что он не в настроении. Наверняка кто-то раньше вытолкнул ее из кареты, почему она и оказалась в таком положении.

Только бы она не изображала из себя девственницу-недотрогу. Это выглядело нелепо, как если бы тропический попугай притворялся серым воробьем.

Но потом она подняла глаза и посмотрела на него, и он увидел, что они у нее красивые – карие с золотыми искорками. Они были большими, чистыми и умными. Они холодно изучали его. Он со вздохом выбрался, чтобы подать ей руку. Не мог же он позволить ей ехать между Бейтсом и Голландером, отвлекая их от дороги, – им предстояло проделать немало миль до захода солнца, и он не хотел, чтобы карета попала в яму. К тому же он на время избавится от скуки, выясняя, почему она отправилась пешком в Гэмпшир, имея с собой только крохотный ридикюль.

Мисс Грей. В таком наряде – и «мисс Грей», «Серая мисс». Имя настолько не правдоподобное, что даже смешно. Видимо, мисс Как-там-ее-зовут путешествует инкогнито. Ну что же, пусть скрывает свое настоящее имя, если ей это угодно. Это для него не имеет никакого значения.