— Только ты это, Денис… — остановился Сергей Петрович. — Народ специфический, понимаешь?

— Артисты, понимаю…

— Ну да. И еще… Ты не пугайся только, держись, ладно?

— А что? Сергей Петрович, что?

— Кирилл застрелился.

— Медведь?.. Медведев?! Где?!

— Здесь, — кивнул на павильон Сергей Петрович.

Место смерти Кирилла уже было огорожено милицейской лентой, крутились эксперт, фотограф, оперативники заполняли протоколы, беседовали с людьми.

Тело Кирилла было накрыто простыней, но все так же лежало на полу.

Женщина, которая кричала, сидела теперь на полу рядом с телом, все так же закрывая лицо руками.

— Кто? — спросил Денис Сергея Петровича.

— Сам. Взял пистолет и…

Денис остановился.

— Они что тут, настоящими стреляют? — вытаращил он глаза.

Сергей Петрович развел руками.

— Здравствуйте. — К ним подошел Варшавский. — Вы тоже следователь?

— Я частный детектив. Мне Сергей Петрович позвонил.

— Да-да, я сам и попросил. На милицию, знаете, надежды никакой, а шуму будет много. Лучше уж вы.

— Но мое расследование официального не заменит.

— Это мы понимаем. Однако мы совсем не хотим шума, прессы. В конце концов, если несчастный случай… вы понимаете? Вот Сергей Петрович и предложил привлечь вас. Говорит, что, на худой конец, можно вашего дядю попросить…

Варшавский имел в виду, конечно, начальника МУРа Вячеслава Грязнова.

Денис не ответил, подлез под заграждение и присел рядом с женщиной.

— Лена, ну Лен, — сказал он, трогая ее за плечо. — Это я, Лен…

Она подняла на него невидящие глаза и снова закрыла их руками.

— Это вы, что ли, из «Глории»? — К Денису подошел следователь.

— Я.

— Ну давайте нюхать вместе, мне уже сказали про вас.