«Странный выбор места встречи, — подумала Барри. — Еще более странной была сама встреча. Какую цель она преследовала?»

По дороге на работу Барри слово в слово пыталась восстановить их разговор. Она анализировала перемену интонаций в голосе Ванессы Меррит, движение рук, пытаясь понять ее душевное состояние. Барри отчетливо вспомнила последний вопрос, тон которого не оставлял сомнений, что их беседа подошла к концу. Нои сейчас она не могла точно сказать, что же все-таки произошло. Вернее, не произошло. Почему диалог не получился?

— Просмотрела электронную почту? — неожиданно прервал ее раздумья Хови.

— Нет еще.

— Помнишь, из гастролирующего цирка сбежал тигр? Так вот, его нашли. А раз нет сбежавшего тигра, значит, нет и репортажа.

— О, только не это! — театрально воскликнула Барри. — А я так надеялась!

— Эх-ма, такая получилась бы сенсация! Эта кошечка могла съесть ребенка или натворить еще что-нибудь. — На лице его появилось выражение искреннего разочарования: упущена потрясающая возможность получить эксклюзивный материал.

— Хови, почему ты всегда отряжаешь меня на такие чепуховые задания? Потому что я тебе не нравлюсь или в связи с тем, что я женщина?

— К черту! Опять этот феминизм!

Она глубоко вздохнула и сказала:

— Не отчаивайся, Хови.

Отчаяние! Именно так. Ванесса Меррит выглядела отчаявшейся.

Желая немедленно проработать эту версию, Барри тут же обратилась к боссу:

— Послушай, Хови, если ты заглянул ко мне просто так, то извини, у меня очень много работы. Да ты и сам знаешь. — И она обвела рукой заваленный журналами стол.

Хови попятился назад к выходу из ее закутка. Бросалась в глаза его рубашка с короткими, не по сезону рукавами и черные вечно лоснящиеся брюки. Галстук был зажат скрепкой. Длинные кривые ноги еще сильнее подчеркивали безвкусицу.