— Вы давно помолвлены?

— Почти полтора года.

Рори неприятно улыбнулся.

— И часто он вас любит?

Я попыталась принять оскорбленный вид, но у меня ничего не вышло.

— Его это вообще мало волнует, — пробормотала я.

Рори раскачивал пустую бутылку, держа ее двумя пальцами за горлышко.

— Стало быть, он к вам равнодушен?

— Мы с ним отлично ладим.

— С обожаемого предмета обычно глаз не спускают.

Мой взгляд невольно обратился к Тиффани, мирно спавшей, опустив голову на плечо блондинки.

— Я ее не слишком обожаю, — сказал он, проследив за моим взглядом.

— Она потрясающе выглядит, — искренне заметила я с завистью.

Он пожал плечами.

— Корпус от «Роллс-Ройса», а мозги от «Мини».

Я снова хихикнула. Внезапно он наклонился и поцеловал мое обнаженное плечо. Волна возбуждения прокатилась по мне. Еще минута, и мое платье, вместе со всеми булавками, просто воспламенится.

Я перевела дыхание.

— У меня дома есть бутылка виски, — сказала я.

— Так чего же мы ждем, пошли!

Глава 2

Мне было стыдно. Я сознавала, что ужасно виновата перед Седриком, но мне еще никогда в жизни не встречалось такое воплощенное искушение, как Рори Бэлнил. Как Оскар Уайльд, я могла устоять перед чем угодно, кроме искушения.

Мы брели по Кингз-роуд в поисках такси и очень позабавились, усаживаясь в ванны, выставленные у магазина сантехники. Потом мы проходили мимо художественного салона. Рори, хмурясь, приглядывался через стекло к выставленным полотнам.

— Ты только взгляни на эту дрянь, — сказал он. — Там бы, если бы не милость Господня, могли быть и мои картины, ведь я — величайший гений двадцатого столетия. Кстати, завтра в одиннадцать я встречаюсь с одним человеком насчет моих картин. Ты лучше сразу заведи будильник, как мы придем.

Какая самонадеянность, подумала я. Уж не думает ли он, что я так легко уступлю?