— Прощай… Я умираю…

И все кончилось… Но Жанна не умерла, лишь разум ее угас в безумии. Эта женщина вынесла такие муки, боролась с невзгодами и нуждой, все отдала своему ребенку и жила надеждой когда-нибудь увидеть дочь счастливой. Но теперь, когда Лоиза была спасена, силы оставили Жанну, она не выдержала, и безумие обрушилось на нее.

Семнадцать лет страданий не сломили ее, но она не вынесла минутной радости. Но судьба, так мучившая Жанну, все-таки оказалась милосердна, если можно говорить о милосердии в такие минуты, когда страдает человеческий разум. Жанне было даровано утешение: потеряв разум, она снова вернулась в годы своей юности, когда была счастлива и любима; снова жила она в родном Маржанси, где ей было так хорошо!..

Бедная, бедная Жанна! Несчастная маленькая фея Маржанси!

Когда маршал де Монморанси пришел в себя, он поднялся с колен и огляделся вокруг как человек, очнувшийся от глубоких грез. Он увидел Жанну де Пьенн: ее усадили в кресло, и она спокойно улыбалась, но, увы, глаза ее были пусты. Перед ней на коленях стояла девушка и тихо рыдала. Франсуа медленно подошел к дочери, склонился над ней и дотронулся до ее плеча.

Лоиза подняла голову, а Франсуа, протянув ей обе руки, помог встать, поставил перед собой и внимательно посмотрел на свою дочь. Он не мог не узнать ее: Лоиза очень напоминала мать, юную Жанну, которую маршал встретил и полюбил когда-то в Маржанси.

— Доченька! — прошептал Франсуа.

Сотрясаемая рыданиями, Лоиза кинулась на шею маршалу, и первый раз в жизни, с невыразимым восторгом и нежностью, девушка произнесла слово, к которому совсем не привыкла:

— Отец!..

И слезы их смешались.

Потом Франсуа сел рядом с Жанной, взял ее руку в свою, а Лоизу, словно ребенка, посадил к себе на колени.

— Дитя мое, — произнес он, — матери у тебя больше нет, но ты нашла отца, он поддержит тебя в великом горе…