Спустя полчаса Хавергал потянулся и сказал:

— Дорогие леди, не смею вас дольше задерживать. Я не имею в виду, что у вас усталый вид и вам нужно отдохнуть именно по этой причине, — добавил он галантно.

— Вы уже покидаете нас? — произнесла Летти с напускным разочарованием, откладывая чтение.

— Поездка была утомительна. — Желая ее отблагодарить, он подошел и заглянул в газету, которую она читала. — Что же так увлекло вас в этом листке, мисс Летти?

Она подняла глаза и почувствовала, как внимательно изучают ее эти лучистые глаза, обрамленные на редкость красивыми ресницами. Шаржи, пожалуй, не слишком преувеличивали это несомненное достоинство его внешности.

Бросив быстрый взгляд на заголовок, она сказала:

— Да вот, читала статью о новом законе о лекарствах. В нем говорится, что неквалифицированным врачам будет запрещено иметь практику.

— Давно пора, — согласился Хавергал. — Уж слишком много развелось шарлатанов и кровопийцев, которые паразитируют на своих пациентах. Интересно, каковы же будут критерии для определения квалификации?

Она лихорадочно пробежала колонку. — При аттестации нужно будет сдавать специальный экзамен, разработанный Фармацевтическим Обществом. Не хотите ли прочитать статью, лорд Хавергал?

— Если она вам больше не нужна, я, пожалуй, ее почитаю.

— Да, пожалуйста, я уже кончила. Она сложила газету и подала ему. Это был намек, что ему следует удалиться. Он присел на подлокотник дивана и заглянул в газету. — Вы обратили внимание, что у «Тайме» шрифт в этом году более четкий, чем раньше.

— Да, я заметила это, — согласилась Летти. — Помнишь Виолетта, мы об этом не так давно говорили? Я жаловалась, что газету трудно читать без очков, и вдруг шрифт изменился.