В полнейшем недоумении я сел за свой письменный стол, стоявший у окна рядом с комодом. Подпёр ладонью щёку. Блуждающий взгляд мой упёрся в массивный механический календарь, стоявший на столе; вернее, в пишущие ручки, вставленные в него. Чем-то они мне не понравились. Чем? Ах, да! Они стояли не так: слева - чёрная, справа - красная, и это резало глаз; я всегда ставлю наоборот: красная должна быть только слева. Такова традиция. И ведь никто, кроме меня, этими ручками не пользуется. В чём же дело? Да и записная книжка, вот она, лежит не так, как я её положил...

Я подумал, переставил ручки, ещё подумал, встал и медленно побрёл из комнаты в комнату, озираясь в поисках следов присутствия постороннего человека. Того, кто сидел за моим столом, баловался моими ручками и листал записную книжку. Но следов не было. И кота, между прочим, тоже.

Тогда я оделся, запер квартиру и отправился в соседний подъезд. С визитом к Худорожкову.

* * *

Худорожков был бледен, зол и растерян. В его однокомнатной квартире ещё остались следы разгрома, замок на входной двери был сломан. Я не стал допытываться, что у него украли. Я спросил:

- В командировку едешь?

- Еду, - угрюмо отвечал он.

Тогда я рассказал, что случилось со мной этой ночью. И поинтересовался, был ли он ночью дома.

- В том-то и дело! - вскричал он. - Чёрт дернул к подруге перед разлукой поехать. Заночевал у неё, конечно. Теперь ума не приложу: кто про это мог знать?

Мы помолчали. Потом Худорожков посмотрел на меня и в чём-то, кажется, прозрел.

- У тебя тоже что-то случилось?

Я скупо улыбнулся.

- Кот пропал.

- Найдётся, - уверил старший инженер. - Кот - не иномарка. Погуляет и придёт. А у меня ноутбук увели. Тут уж кранты. Да и не только ноутбук...