Капитан прикрыл дверь, предложил мне сесть и, пройдя к окну, выглянул на улицу. Удовлетворившись видом серой панельной стены напротив, он постучал пальцем по стеклу и сказал, чему-то усмехаясь:

- Пуленепробиваемое.

- Вот как? - тревожно удивился я.

- На всякий случай, - сухо разъяснил капитан и сел напротив, расставив ноги. Посмотрел на меня внимательно. Закурил, предложил закурить и мне, а когда я отказался, откинулся на спинку стула, начал меланхолично разгонять дым рукой и о чём-то думать. Кончив думать, сказал, укоризненно усмехнувшись:

- Да... Как вы таких врагов сумели нажить?

Конечно, я без раздумий посчитал вопрос риторическим и ответил в том смысле, что наживать врагов - самое простое, что удаётся мне в жизни. Чуть ли не любимое занятие. Капитан слушал, курил и о чём-то думал.

- Да, - сказал я со вздохом, закончив монолог. - Время идёт.

И посмотрел на часы; намекая на то, что пора бы приступить к инструктажу.

- Действительно, - откликнулся капитан и тоже посмотрел на часы. Бежит попусту. Значит, так, - он встал, по борцовски расставив ноги, и голос его зазвучал официально. - Я вас оставляю здесь. Вы будете ждать руководителя всей операции. Бояться ничего не надо. Все проблемы уполномочен решать он. К нему обращаться будете по всем вопросам.

- А как же с инструкциями? - сделал попытку возмутиться я. - Мне говорил этот... уполномоченный, о каких-то инструкциях. И что вы их дадите.

- Я же не могу вас инструктировать, если не знаю результата операции. Так? Поэтому ждите.

О чёрт! Опять какая-то ползучая неопределённость. Я поджал губы, выражая молчаливое несогласие. В ответ капитан спокойно повернулся и, не говоря больше ни слова, открыл дверь и был таков.