— Любимая, ты хорошо себя чувствуешь? — поинтересовался Поит, скользнув по ней взглядом-рентгеном.
Что-что, а мое настроение он чувствует прекрасно, улыбнулась про себя Гермия.
— Все в порядке, Поит, — весело отозвалась она. — Только немного волнуюсь. Я так долго не уезжала из Мэйвила…
Поит удовлетворенно кивнул и назидательно произнес:
— Все будет хорошо, дорогая. Ты же знаешь, я все распланировал. Перелет, отель, экскурсии… Обещаю, ты даже не заметишь, как мы долетим.
Главное, чтобы я заметила, как мы отдохнем, подумала Гермия, протягивая Пойту чемоданы. Он с легкостью подхватил их и понес к багажнику. Его мышцы, не оставлявшие сомнений в том, что этот человек неусыпно следит за собой, соблазнительно играли под легкой светлой футболкой. Сложен он был хорошо: мускулистый, высокий и статный, Поит выглядел скорее как спортсмен, нежели как человек, работающий в сфере бизнеса. Красивые синие глаза и светлые волосы дополняли этот образ «правильного» мужчины, ведущего здоровый образ жизни. Он нравился женщинам, но, зачастую, до близкого знакомства. Ибо те качества, которые Гермия находила незаменимыми — надежность, предсказуемость и спокойствие — навевали на большинство женщин скуку.
Гермия села на переднее сиденье и терпеливо ждала, пока Поит закончит протирать лобовое стекло машины. Она не видела в этом никакой надобности: стекло и без того блистало чистотой. Но Поит крайне болезненно относился даже к самому маленькому пятнышку, и Гермии ничего не оставалось, как мириться с этой привычкой, которая иногда доводила ее до исступления. Правда, она старалась не показывать этого. В конце концов, любовь к чистоте, даже столь гипертрофированная, как у Пойта, не такой уж страшный порок… А уж если сравнивать это с безумствами Констанса…
Из кожаного чехла, прикрепленного к поясу на брюках Пойта, раздалась хорошо знакомая Гермии мелодия. Деловые контакты, подумала она, прикидывая в уме, кто и с какой целью звонит Пойту в выходной. Может быть, их поездка сорвется? И далекий зеленый Бали останется таким же нереальным, как сон?