Действительно, как можно вписаться в обстановку самого импозантного особняка в Дуглас-Гроуве, штат Огайо, если волосы у тебя такие густые и кудрявые, что с ними нет никакого сладу, а единственная возможная прическа — это короткая стрижка, позволяющая кудряшкам свободно обрамлять лицо?

А глаза? На зрение она, правда, не жалуется, но ведь эти глаза слишком велики для такого миниатюрного лица. А в довершение всего — и к вящему неудовольствию свекрови — они обрамлены такими густыми ресницами, которые на фоне белоснежной кожи кажутся искусственными.

— Она подцепила Крейга, потому что выглядела такой трогательной и беззащитной, — как-то услышала Бритт откровения Стефани, невестки Крейга, которая разговаривала со своей подругой. — Он женился на ней просто из жалости. Ты помнишь, как он еще в детстве тащил в дом бездомных собак?

Вспомнив о Стефани, Бритт невольно поморщилась. Эта женщина была женой старшего брата Крейга, пока трагический случай — яхта перевернулась во время внезапно налетевшего шторма, и он утонул — не сделал ее вдовой. Ей было тридцать пять лет, так же, как и Крейгу. То, что Стефани знала Крейга всю жизнь, было еще одной проблемой, омрачавшей существование Бритт. С первой их встречи она поняла, что Стефани, несмотря на свои медоточивые речи, невзлюбила невестку и считает скоропалительную женитьбу деверя ошибкой.

Но даже с этой проблемой можно было бы как-то справиться, рассуждала Бритт, не живи они все в одном доме. А каждую минуту видеть перед собой этот безукоризненный образец совершенства — это, пожалуй…

— Это слишком, — пробормотала Бритт.

— Вы что-то сказали, мэм? — вежливо осведомился шофер.

— Так, мысли вслух, — поспешно объяснила она. — Пожалуйста, не обращайте внимания.