— Боюсь, я еще не привыкла к мысли, что весьма богата. Раньше я была просто счастлива оттого, что отец рядом и мы можем путешествовать вместе, как ветер, — видимо, я в него, вот почему мне и не сидится на месте. Безбрежные просторы, Каюн и Диабло — вот и все, что мне надо, а с остальным я справлюсь, — в заключение сказала Стейси и потянулась за сумочкой.

— Ты берешь с собой эту глупую лошадь? Я надеялся, что ты ее давно продала, — воскликнул адвокат с нескрываемым беспокойством. — Прямо тебе скажу, по-моему, ты делаешь это зря.

— О, Диабло вовсе не такой дурной и непослушный, как вам кажется. Просто он легковозбудимый, вот и все. — Стейси улыбнулась. — Вы ведь знаете, что я отличная наездница. Папа давно отнял бы у меня Диабло, если бы не был уверен, что я с ним слажу.

— Пусть так, но твоему отцу и в голову не могло прийти, что ты потащишь за собой этого жеребца в дикие края, — хмуро проговорил мистер Миллс.

— Да уж. Наверняка папа надеялся, что я остепенюсь и займу, так сказать, подобающее место в обществе. Но я для этого пока не созрела. А может быть, никогда и не захочу созревать, кто знает? — Помолчав, она добавила: — Мне действительно пора.

— Как ты решила поступить с квартирой на время твоего отсутствия?

— Решила, что запру ее, зачем от нее отказываться? — ответила Стейси.

— Ты всегда желанная гостья в нашем доме. И что бы тебе ни понадобилось, смело обращайся, — сказал Картер Миллс.

— Непременно. Картер-младший пригласил меня завтра поужинать — это будет прощание с цивилизацией. По-моему, он думает, что я уезжаю в непроходимые джунгли Африки. — Стейси улыбнулась, тронутая искренним участием адвоката. — Спасибо за все, мистер Миллс.

Когда сын мистера Миллса — Картер — сообщил ему о решении Стейси снять на весну охотничий домик в техасских горах Апачи, он немедленно вмешался на правах близкого друга. Но никаких серьезных изъянов в ее планах, кроме того, что она едет одна, он не обнаружил, в чем и признался.